Мы погружаемся в пучину цифрового слабоумия

Информация так же важна для нашего мозга, как и калории, но еще никогда люди не потребляли такого количества гигабайтов информации, как сейчас. Ежемесячно мы с вами обмениваемся почти 10 триллионами сообщений и писем, мы делаем 105 миллиардов запросов в Google, ежедневно мы «постим» 2,5 миллиарда единиц контентов в Facebook. Это громадные данные, которыми человечество обменивается ежесекундно. Мир, по сути, страдает от информационного ожирения, которое поражает каждого современного человека. На физическом уровне мы состоим из тех молекул, которые потребляем с пищей. На информационном, ментальном уровне мы состоим из той информации, которую потребляем. Задайте себе вопрос: какого рода эта информация? Представьте на одном экране научную статью по нейрофизиологии и Instagram Бузовой и проследите за собственным взглядом.

Когда нашему мозгу предлагаются две задачи – попроще и посложнее, он эволюционно выбирает задачу попроще. Будучи всего 2 процентами от массы нашего тела, он потребляет 20 процентов энергии. Это очень энергозатратный орган, поэтому эволюционно он устроен так, чтобы мы максимально упрощали потребление и решение задач. И вот что получается: создатели контента вынуждены соревноваться друг с другом, чтобы создавать все более и более примитивный контент. Таким образом, они могут выиграть внимание пользователя, потому что он не будет потреблять сложный контент просто из-за эволюционных настроек. В результате мы имеем эскалацию примитивного контента, и именно этот контент определяет и нашу ментальную сферу. 

По сути, мы с вами переживаем глубочайшую трансформацию. Мы переезжаем, можно сказать, перелетаем через кротовую нору из галактики Гутенберга в галактику Цукерберга. Из галактики текстов, то есть понятийного мышления, в галактику образов, где нет уже ни аналитики, ни логики, ни понятийного мышления.

Тем, кто говорит, что это просто новая генерация более креативных людей, полезно изучить последние исследования на эту тему. Например, известный тест Торренса показывает, что уже с начала 90-х годов идет постепенное, но неуклонное снижение креативности наших детей. 85% детей в 2008 году (это год, когда только появились iPhone) получили более низкие оценки по креативности, чем в 1984 году. И тенденция эта только нарастает

Почему это происходит? Не так давно с помощью современных методов исследования мы выяснили, что мозг работает не так, как мы думали прежде. Сегодня мы наглядно видим, что наш мозг функционирует в трех режимах. Первый режим – режим потребления информации, он активизирует вашу центральную исполнительную сеть. Второй режим – это работа мозга, находящегося в состоянии ориентации. Это часто случается, когда мы оказываемся в новом месте и нам нужно понять, как сориентироваться, куда двинуться, как расположиться и так далее. Это сеть выявления значимости

И на самом высоком уровне – это режим работы мозга именно мыслящего человека

По ощущениям время включения этого режима можно назвать «синдромом чистого листа». Вспомните, когда вам нужно создать какой-то новый документ, написать какой-то отчет и так далее, и вы испытываете очень специфическое состояние, когда «ничего не идет в голову», вы никак не можете взяться за работу, но проходит какое-то время, и вдруг текст начинает сам выходить из вас. Что происходило в эти несколько минут, пока вы собирались с мыслями? В этот момент ваш мозг загружал в вашу дефолт-систему все необходимые интеллектуальные объекты, из которых потом он и создает ваши мысли.

Эшли Чен провела замечательный эксперимент, которым показала, что те три нейронные сети, которые отвечают за мышление, за потребление информации и за ориентацию в окружающем пространстве, являются антагонистами. То есть, если мы с помощью специальных устройств подавим центральную исполнительную сеть и сеть выявления значимости, ваша дефолт-система, отвечающая за мышление, активизируется. Напротив, если мы будем активизировать центральную исполнительную сеть и сеть выявления значимости, система, которая отвечает за мышление, будет находиться в спячке. То есть постоянное потребление информации приводит к тому, что система, отвечающая за мышление в мозге, просто не функционирует. И дальше мы удивляемся, когда говорим, что наши сотрудники, люди, с которыми мы имеем дело, не включают мозги и постоянно сидят в Instagram, Twitter и так далее, действуют стереотипно, не вникают в суть вопроса. Не надо этому удивляться, это новая тенденция, потому что их мыслящий мозг в этот момент спит

У современных людей драматическим образом сокращается так называемое дистальное видение – они хуже заглядывают в будущее, они хуже строят жизненные планы. Дело в том, что за создание этих жизненных планов, за представление и образ будущего отвечает та сама дефолт-система, подавление которой мы наблюдаем в нашей современной среде.

Гаджеты стали для нас постоянной игрушкой. При этом, как выяснила Глория Марк, для того чтобы мы смогли сконцентрировать свое внимание на чем-то и загрузить интеллектуальные объекты, нам нужно 23 минуты. 23 минуты – это то время, которое необходимо для того, чтобы ваш мыслящий мозг включился. Это ленивое существо, мозг не хочет думать просто так, он хочет работать стереотипно. Ему нужно время, ему нужна концентрация, а такого времени нет, потому что в этот момент мы залезаем в телефон проверить, что же там случилось. 

К сожалению, эта проблема вовсе не исчерпывается мышлением как таковым. Дело в том, что дефолт-система мозга, как доказал оксфордский профессор Робин Данбар, эволюционно форми - руется в рамках социальных взаимодействий. И мы с вами хорошо знаем, что коммуникация – это важная вещь с точки зрения того, чтобы люди просто думали и соображали.

Но вот что происходит сейчас? Еще в 2007 году общение лицом к лицу составляло всего два часа в сутки, тогда как общение с экранами превышало восемь часов.

Сегодня же 60-70 процентов (в зависимости от страны) молодых людей к 14-18 годам практиче - ски постоянно находятся онлайн. 85 процентов детей не представляют своей жизни без гаджетов, они им жизненно необходимы. И если вы их забе - рете, у ребенка начнется паническая атака, повы - сится температура и так далее. При этом 92 про - цента взрослых, родителей, приучают своих детей к смартфонам и гаджетам с четырех-пяти лет. Все это приводит к состоянию, которое называ - ется цифровым аутизмом. Наши дети перестали интересоваться друг другом. Они не проникают во внутренний мир другого человека, они легко заменяют одного человека другим, потому что просто не видят в нем никакой специфической ценности. В общем, может быть, это тоже новая реальность, но я, как психиатр, должен сказать, что эта новая реальность имеет свои крайне нега - тивные последствия.

Все последние исследования наглядно доказыва - ют прямую корреляцию между временем пребы - вания в смартфоне и депрессией. Если человек «находится в телефоне» больше двух с половиной часов в сутки, растут его депрессивность и суици - дальные тенденции. Надо сказать, что кто-то та - ким образом прячет свою депрессию в телефоне, но для подавляющего большинства это способ ощутить никчемность и бессмысленность собст - венного существования, по сравнению с жизнью, находящейся по ту сторону экрана.

Еще один важный момент. Люди цифровой ре - альности все сложнее концентрируют внимание. Наши израильские коллеги провели замечатель - ный эксперимент: они сравнили людей, которые пользуются смартфонами, с теми, кто еще не пользуется (оказывается, в наше время такие еще находятся). Выяснилось, что симптом синдрома дефицита внимания и гиперактивности повышен у всех нормальных пользователей смартфона - ми по сравнению с теми, кто ими не пользуется. И это как раз неудивительно. Куда интереснее вторая часть этого исследования, в которой ис - следователи попросили тех, кто не пользуется смартфонами, пользоваться ими в течение трех месяцев. Результат: у испытуемых выросло недо - верие к окружающим, соглашательство, а самое страшное – повысилась агрессивность и негатив - ное отношение к другим людям. Можно сказать, что простое физическое использование телефона делает нас асоциальными людьми

Мы имеем несколько проблем с современным человеком. Рост информационного потребления и снижение интеллектуальной функции – это очень важная часть, но вовсе не исчерпывающая. Есть и другие фундаментальные изменения жиз - ни человека, оказавшегося в новой цифровой среде. Прежде всего это изменение структуры со - циальных связей. У нас исчезают вертикальные связи, при это нарастают связи горизонтальные. С точки зрения нейробиологии, это значит, что человек теряет способность учиться, потому что эволюционно мы учимся у тех людей, которые представляют для нас авторитет. От тех, кто авто - ритета для нас не представляет, мы имеем только собственное личное мнение, а не знания

Изменяются сами способы коммуникации, что приводит к цифровому аутизму, к изменению уровня эмоционального контакта между людьми и общей разобщенности

Наконец, обращу внимание на общую установку, которая формируется в обществе. Эта установка транслирует нам всем следующее: «Любая рабо - та должна приносить удовольствие, вообще, все должно приносить удовольствие». То есть нас всех ориентируют на получение удовольствия, минуя любые усилия.

При этом у людей нет образа будущего, а это сни - жает мотивацию, не дает формироваться перспек - тивным целям. Мне кажется, эта трансформация человека в цифровую эпоху не самым лучшим образом скажется на бизнес-процессах, на обще - стве, на государственном управлении и на циви - лизации в целом.

На основании тех данных, которые мы сейчас имеем, можно говорить о глобальной трансфор - мации, которая происходит с каждым конкрет - ным человеком. Особенно эта тенденция касается наших детей, которые все больше и больше погру - жаются в пучину цифрового слабоумия. Боюсь, что тут нет простых решений.

Запретительные меры работать уже не будут, и мы должны, несмотря на всю сложность, найти пути решения этой проблемы, для того чтобы со - хранить наше общество, нашу культуру и мир в целом.