Блеск и проклятие рода Юсуповых

Легенды, связанные с биографией этой женщины, гласят: однажды Иван Грозный, узнав о необыкновенной красоте царицы Сююмбике, прислал в Казань своих сватов, однако та отказалась подчиняться требованиям русского царя. Тогда разгневанный Иван решил взять город силой — если Сююмбике не согласится выйти за него замуж, он грозился уничтожить Казань. После взятия города русскими войсками его правительница, чтобы не сдаваться захватчикам, бросилась с башни, которая сегодня носит ее имя. По другим данным, казанская правительница была схвачена в плен и насильно увезена вместе с сыном в московское царство — именно с этого момента начинается официальная родословная рода Юсуповых.

Следующим важным этапом в становлении этой дворянской фамилии стал переход в православие, обстоятельства которого сыграли трагическую роль в истории династии. Правнук Юсуфа­бея Абдул­мурза (прадед Николая Борисовича Юсупова) принимал в своем имении в Романове (ныне город Тутаев Ярославской области) патриарха Иоакима и, не зная ограничений православных постов, накормил его гусем, которого тот принял за рыбу. Однако ошибка хозяина вскрылась, и разгневанный церковный иерарх, вернувшись в Москву, пожаловался царю Федору Алексеевичу, а монарх лишил Абдул­мурзу всех пожалований. Стремясь вернуть свое прежнее положение, он принял решение креститься, взяв имя Дмитрий и фамилию в память о предке Юсуфе — Дмитрий Сеюшевич Юсупов. Так он заслужил царское прощение, получив при этом титул князя и возвратив все свое состояние. Однако решение Абдул­мирзы дорого стоило всему его роду: однажды ночью ему было послано пророчество, что отныне за предательство своей истинной веры в каждом поколении не будет более одного наследника мужского пола, а если их будет больше, то никто не проживет дольше 26 лет. Это страшное проклятие преследовало род Юсуповых до самого конца. Юсуповы всегда были в центре самых драматических событий в истории Российской империи. Злополучный мурза Абдул­Дмитрий поучаствовал в стрелецком восстании, когда вместе со своими татарскими ратниками встал на охрану дуумвирата малолетних наследников Алексея Михайловича. Его сын, Григорий Дмитриевич Юсупов, прославился в петровских походах, пройдя вместе с будущим императором все военные невзгоды под Азовом, Нарвой и Лесной. Уже после смерти Петра его заслуги отметила Екатерина I, наградив орденом св. Александра Невского, а царь Петр II пожаловал Григорию Дмитриевичу старинный московский особняк в Большом Харитоньевском переулке, возвел его в подполковники Преображенского полка и даровал должность сенатора с имениями в Ярославской, Воронежской, Нижегородской и Рязанской губерниях. Его сын, Борис Григорьевич, дослужился при Анне Ивановне до должности действительного тайного советника, став директором первого в России привилегированного учебного заведения для дворянских детей — Сухопутного шляхетского корпуса. Кстати, Борис Григорьевич слыл большим театралом: в организованном под его началом учебном театре начал свою карьеру Александр Петрович Сумароков, основоположник русской драматургии и покровитель первой отечественной публичной сцены.

Сын Бориса Григорьевича — Николай Борисович — был знаменитым екатерининским вельможей, одно время находясь даже в статусе фаворита императрицы (долгое время в его кабинете висела картина с изображением его и Екатерины в образе обнаженных Аполлона и Венеры). Этот представитель семейства Юсуповых активно переписывался с просветителями Вольтером и Дидро, а драматург Бомарше даже посвятил ему восторженное стихотворение. Благодаря знатности происхождения и блестящему придворному положению Николай Борисович сумел лично повстречаться со всеми основными вершителями европейской истории рубежа XVIII­XIX веков: с Иосифом II, Фридрихом Великим, Людовиком XVI и Наполеоном. Князь был страстным поклонником искусства и сумел собрать в своем роскошном дворце художественную коллекцию, которую можно сравнить с шедеврами Лувра или Эрмитажа. Когда этот достопочтимый вельможа получил все возможные в Российской империи посты и награды, специально для него учредили особенный вид пожалования — драгоценную жемчужную эполету. Николай Борисович прославился также своей необыкновенной охотой до женского пола: в недавно построенном подмосковном имении Архангельское (которое современники называли «русским Версалем») висело 300 портретов женщин, которые могли похвастаться знакомством с видным вельможей. Князь Петр Андреевич Вяземский, побывав в Архангельском, оставил такую характеристику хозяина роскошного поместья: «На улице его вечный праздник, в доме вечное торжество торжеств… Все у него было светозарно, оглушительно, охмелительно». Память о родовом проклятии не угасала: невеста сына Николая Борисовича, Зинаида Ивановна Юсупова, наотрез отказалась «рожать мертвецов», предоставив мужу полный карт­бланш — «пусть брюхатит дворовых девок». В 1849 году ее супруг умирает, а 40­летняя вдова превращается в настоящую светскую львицу, о романах которой сплетничало все петербургское общество. Дело дошло до тайного венчания с капитаном французской гвардии Луи Шово, который был младше ее на 20 лет. Спасаясь от недовольства императорского двора подобным мезальянсом, Юсупова отправляется в Швейцарию, где приобретает для мужа титул графа Шово и маркиза де Серр.

Последняя представительница женской ветви рода Юсуповых — Зинаида Николаевна — была одной из самых красивых женщин своего времени. Наследница огромного состояния была в юности весьма завидной невестой, руки которой просили даже наследники европейских правящих династий, однако гордая девушка хотела выбрать мужа по собственному вкусу. В результате ее выбор пал на Феликса Феликсовича Сумарокова­Эльстона, который сразу после женитьбы получил княжеский титул и должность командующего Московским военным округом. Основным видом деятельности, занимавшим Зинаиду Николаевну, была благотворительность: под ее патронажем находились многочисленные приюты, больницы, гимназии, церкви по всей стране.

Во время русско­японской войны Юсупова была начальником военно­санитарного поезда прямо на линии фронта, а во дворцах и имениях семьи были организованы санатории и больницы для раненых. Знавший Зинаиду Николаевну с юношеских лет великий князь Александр Михайлович писал: «Женщина редкой красоты и глубокой духовной культуры, она мужественно переносила тяготы своего громадного состояния, жертвуя миллионы на дела благотворительности и стараясь облегч

последних Юсуповых смерть их старшего сына, Николая: он погиб на дуэли в 1908 году, соперничая с графом Арвидом Мантейфелем за руку роковой красавицы Марины Александровны Гейден. Заметим, что Николаю Юсупову через полгода должно было исполниться 26 лет…

В последние годы перед революцией Зинаида Николаевна стала активно критиковать императрицу Александру Федоровну за ее фанатичное увлечение Распутиным, что привело к полному разрыву отношений с царской семьей, и так ухудшившихся из­за недавнего семейного скандала. Об их последней встрече летом 1916 года и «холодном приеме» сын Зинаиды Николаевны, Феликс, писал: «…царица, молча ее слушавшая, поднялась и рассталась с ней со словами: ‘‘Надеюсь, я больше никогда вас не увижу’’». Вскоре после начала Февральской революции Юсуповы покинули Петербург и поселились в Крыму. Перед захватом Крыма большевиками 13 апреля 1919 года они покинули Россию (вместе с семьей великого князя Александра Михайловича) на британском линкоре «Мальборо» и эмигрировали в Италию.