Надежда Бабкина: «У того, кто не помнит своих корней, нет будущего»

Народная артистка России Надежда Бабкина — о том, как из почитания прошлого вырастает счастливое будущее

 

 

В своей автобиографической книге «Надежда Бабкина. Модная народная» вы немало рассуждаете о семейных ценностях. Что для вас семейные реликвии? 

Надежда Бабкина: В первую очередь, это память. Когда я студенткой ездила в экспедиции и собирала фольклор, старожилы иногда делились не только песнями, но и приносили старинные костюмы, ткани, вышивки — то, что когда-то собиралось в качестве приданого и хранилось в сундуках. Из таких артефактов и складывается история семьи. И у каждого человека есть свои подобные кладовые — тот самый «сундучок». У некоторых история семьи отражена в фотографиях. У меня, например, целая стена отведена под семейные фото, начиная с дореволюционных времен, — здесь вся моя родословная. К сожалению, в моей жизни было много переездов, и вещи из детства попросту пропали, поэтому нет и «сундучка». Но то, что я бережно храню, это подзоры — вышивки, которыми раньше отделывались края занавесок и простыней. Так мои предки украшали интерьер. Хозяйки сами этими вышивками занимались, придумывали узоры, орнаменты. Мои бабушки вязали, мама — нет. А я в детстве пыталась вышивать гладью, крестиком. И у меня даже получалось. Стежки эти помню до сих пор.

Считается, что у того, кто не помнит своих корней, нет будущего. Нам многое открывается в человеке лишь после того, как мы узнаем, кем были его предки. Потому что семью создают не просто два человека, а несколько родов, каждый из которых несет свою культуру, обычаи, духовность. Неслучайно многие из нас испытывали на себе воздействие так называемого «зова крови», когда какаято необъяснимая сила тянет или приводит тебя в родные места. Люди, не помнящие своих предков, ожесточаются и черствеют. Такого человека в народе называют «безродным» или «человеком без роду и племени». В давние времена даже считалось, что ангелы-хранители — это наши предки, о которых мы знаем. И чем больше своих прародителей мы помним, тем больше у нас ангелов-хранителей, которые помогают в трудную минуту.

Кем были ваши предки?

Надежда Бабкина: В свое время я заинтересовалась происхождением своей фамилии. В дошедших до наших дней исторических документах Бабкины упоминаются как известные деятели славянского московского мещанства XV–XVI веков. Папа же мой, Георгий Иванович, был из казаков. По происхождению я потомственная казачка.

Предки по материнской линии, коммерсанты Чистяковы, жили в Москве, имели свою мануфактуру и особняк на Малой Бронной улице. Когда в стране закончилась Гражданская война, и пошла волна раскулачивания, мои прародители продали дом в Москве и купили в Нижнем Новгороде, где и продолжили семейное дело. Однако потом пришлось продать и этот дом. Переезжали до тех пор, пока не осели в селе Черный Яр Астраханской области, где приобрели просторный деревянный дом, с большим двором, который я очень хорошо помню. В Астрахани, благодаря хорошему климату и плодородной почве, можно было чуть легче прожить — в стране царил голод…

Я же росла в селе Зубовка Астраханской области, где папа занимал руководящий пост. А вот в школу в любую погоду ходила пешком семь километров в Черный Яр. Дедушка с бабушкой были большие труженики. Имели хороший дом, большое ухоженное хозяйство, свой хлев, держали скотину, кур. Отец мой, Георгий Иванович, занимал в Астраханской области руководящие посты на предприятиях народного хозяйства, был он и председателем колхоза. Человек, который имеет дело с землей, мощный, сильный. Наверное, и мне это генетически передалось. Если отец за что-то брался, можно было не сомневаться, все выполнит на самом высоком уровне. Отца все уважали. Дети председателя колхоза, я и мой младший брат Валера, должны были работать наравне с детьми рядовых колхозников. И все свои каникулы мы проводили на полях: пололи, поливали и так далее. Когда начинались покос или посевная, вся деревня поднималась в четыре утра. Даже когда я уже училась в Москве и приезжала домой в Астрахань, папа меня тут же гнал в поле: «На обратную дорогу, дочка, зарабатывай сама». Мы с Валерой не могли запятнать авторитет отца. Я стала народной артисткой, а брат к тридцати семи годам дослужился до генерала!

Моя мама, Тамара Александровна, по своей природе была женщиной тихой и спокойной, но обладала сильным, волевым характером. Могла умолкнуть, уйти в себя, но сорваться на крик — никогда. У нее было обостренное чувство справедливости, которое она привила и нам. С мамой у меня связаны только самые счастливые воспоминания. Перед ней я навсегда в неоплатном долгу. Вспоминая маму, часто думаю: пока есть мать, дети надежно защищены ее любовью, ее молитвой. И независимо от того, сколько нам лет, в самую тяжелую минуту мы невольно зовем маму. Тогда все отступает: и тревоги, и боль, и горечь. Воспитание ребенка происходит до пятилетнего возраста. А потом он лишь двигается по тому руслу, в которое родители успели его направить. Глубинные, стержневые свойства личности, такие как доброта, честность, порядочность, милосердие, наследуются от родителей. Уклад дома у нас был особенный — казачий. Казакам свойственна широта души, гостеприимство. А праздники отмечали всем селом и, конечно, пели на застольях. Меня воспитывали в народных традициях. Неудивительно, что впоследствии мой выбор пал на народные песни.

Перед вами когда-нибудь стоял выбор: карьера или семья?

Надежда Бабкина: Я твердо убеждена, что, несмотря на карьеру и загруженность, ребенка надо рожать. Дать жизнь человеку — самое великое чудо на Земле, которое мы способны совершить. И сегодня сын Данила не только мой ребенок, но еще и лучший друг, и главный советник. У нас с сыном очень доверительные отношения, в которых нет места тайнам и недомолвкам. Мы можем говорить на любую тему.

Можно сказать, что у меня два детища: любимый сын и любимый коллектив, который образовался в год рождения сына. В двадцатом году и Даниил, и «Русская песня» отметили свои юбилеи: им по сорок пять. Гастроли и репетиции на долгие месяцы разлучали меня с ребенком. Но, что поделать, такова плата за популярность. Когда Данила появился на свет, у меня даже мысли не возникло брать академический отпуск. Нянек не было, и я всюду таскала ребенка с собой. Брала на гастроли, даже на заседания парткома перед загранпоездками. Когда жила в коммунальной квартире на «Варшавке», часто оставляла сына на соседку тетю Тоню, которая работала в столовой завода имени Карпова. Каждый день она приносила полные сумки еды в судочках и говорила: «Надя, бери все, что хочешь. Не стесняйся. Перекладывай в свою посуду, а я завтра еще принесу». Вот так мне с людьми везло.

Когда сын решил завести собственную семью, вы сразу приняли его выбор?

Надежда Бабкина: Когда Даниил и Татьяна решили пожениться, пришли за моим благословением. Я такого поворота событий не ожидала. Поэтому попросила время на подготовку. И когда дети пришли ко мне на другой день, я встретила их хлебом с солью, посадила перед огромной иконой Владимирской Божьей Матери, взяла обоих за руки, прочитала молитву и благословила. Потом то же самое сделали и родители Тани. Свадьбу в русском стиле праздновали в «Метрополе». Данила облачился в кафтан и сапоги, а Таня надела белый сарафан и маленький изящный кокошник на голову. Были и песни, и пляски, и кони, и медведь на Красной Площади, и купание в фонтане!

Ваш совет: как найти общий язык с невесткой?

Надежда Бабкина: Очень просто. Не нужно вмешиваться в жизнь молодых без крайней надобности. Если придут за советом — тогда помоги,. А лезть со своим жизненным опытом в семью детей не стоит. Лучше пусть сами набьют шишки, разберутся и сделают правильные выводы. Я вообще сразу предупредила сына, что, несмотря на любовь к нему, всегда буду на стороне невестки: потому что я женщина. С какой стати мне плохо относиться к жене сына, если она его любит? С Таней у меня самые добрые отношения. Мы с ней подруги. Когда после коронавируса я вышла из двухнедельной комы, первой позвонила ей. Она разрыдалась в трубку.

 

 

На внуков время остается?

Надежда Бабкина: Участвую, как могу: контролирую, наблюдаю, помогаю, советую. У меня их трое: десятилетний Георгий, семилетняя Верочка и пятилетняя Марфуша. Внуки не зовут меня бабушкой, а называют по имени — Надя. Старший внук, Георгий, родился 18 марта 2010 года. В канун моего юбилея, 19 марта. Когда я узнала, что Таня в положении, попросила: «Если родится мальчик, пусть будет Георгием в честь моего любимого отца. Это сильное мужское имя!» Мальчик родился накануне моего юбилея. Но на другой день в разгар празднования моего шестидесятилетия в «Метрополе» на сцену поднялся сын и объявил: «Мама, мы с Таней и Георгием сердечно тебя поздравляем…» Тут уж я не выдержала и разрыдалась от счастья: все-таки назвали внука, как я хотела. У Георгия очень артистичная натура. Он точно пойдет по моим стопам — по творческой стезе. На важные, по его мнению, события внук одевается, как на парад. Приезжаю с гастролей — бежит ко мне... в пиджаке, надетом на голое тело. «Куда ты нарядился?!» — спрашиваю. «Тебя встречать. Прости, рубашку и галстук не успел надеть», — отвечает. С Георгием мы всегда находим взаимопонимание.

Средняя внучка Верочка внешне очень похожа на меня в детстве. Я была точно такой же: худенькой и беленькой. Вера — ласковая, нежная, душевная, компанейская. Вокруг нее всегда детишки собираются. Я тоже всегда становилась центром притяжения. Вера изумительно рисует. Она, как экспрессионист, любит ядреные, яркие краски. Красивая у нее душа, раздольная. И такая же сорвиголова, как я — энергия через край. В комнате у нее стоит груша для занятий боксом, и она без конца по ней лупит.

Самая младшая, Марфуша, по характеру похожа на меня сегодняшнюю. Она маленькая принцесса, очень любит наряжаться. Прошу ее для прогулки надеть брюки. А она ни в какую. Только юбочку или платье. Я, конечно, восхищаюсь ее выбором... Уверена, что дети должны научиться выглядеть опрятно и элегантно, хотя к каким-то брендам и дорогим вещам приучать не стоит. 

Во время карантина, когда пришлось все время сидеть дома, я наблюдала, как мой сын общается со своими детьми. Он контролирует их поведение очень разумно: не подавляет волю, не обрезает крылья. Занимается воспитанием настойчиво, но деликатно. И мне это нравится. Сама я стараюсь приучить внуков к порядку: взял какую-то вещь — положи потом на место. Это я усвоила с детства. Например, меня никогда не отпускали на прогулку с подружками, пока я не уберу дом.

Главная традиция в вашей семье?

Надежда Бабкина: Застолья. Если говорить про Новый год, то их всегда несколько. Первый раз отмечаем накануне: приглашаю к себе в загородный дом свою команду — членов моего любимого коллектива, которым руковожу уже 45 лет. Делаем шашлык, поем песни, подводим итоги. А уже 31-ого отмечаем семьей: с мужем Евгением Гором, с Данилой и Таней, внуками, родственниками невестки. У Жени прекрасные отношения с моей семьей. Скажу больше: иногда они даже объединяются против меня!

Готовить я умею, но не умею готовить что-то одно, если уж встаю к плите, то делаю сразу комплексный обед: минимум три блюда. Правда, времени на готовку жалко. Поэтому по праздникам мне помогают повара из театра — привозят готовую еду. А еще застольями занимается невестка. Таня — человек очень семейный, домашний, хозяйственный. И я рада, что наши представления о семейных ценностях совпадают. Потому что для меня семья — важнейшая часть жизни. Не зря говорят: «Дерево держится корнями, а человек — семьей».

Поделиться статьей:
ОКТЯБРЬ-НОЯБРЬ 2021

Уютное кафе, наслаждаюсь завтраком… Вдруг тишину содрогает громкий голос вошедшего. Он говорит по громкой связи уверенным голосом свободного человека. Атмосфера уюта мгновенно превратилась в офисную. Свобода одного нарушила свободу других… Как быть и что делать? Об этом читайте в этом номере нашего журнала.

Издатель, Антропов Алексей

Читать номер