«Моя встреча с Джульеттой была предопределена самой судьбой»

Старшая в семье учительницы и скромного служащего по имени Джулия Анна и не мечтала о славе большой киноактрисы. После начальной школы она уехала в Рим к бездетной тетке, чтобы окончить там гимназию сестер-урсулинок. Увлекшись археологией, поступила в университет, где стала играть в студенческом экспериментальном театре. Её заметил кто-то из профессионалов, и вскоре Мазину пригласили участвовать в радиопостановках. Джульетта озвучивала забавные радиоскетчи из серии «Чикко и Паллина», сценарии которых неизвестный автор подписывал так: Федерико Феллини. Через какое-то время она познакомилась с этим худощавым, остроумным парнем.

Интересно, что к своему главному жизненному выбору Феллини подошел тоже случайно. Его отец, торговец винами и сладостями, видел сына в будущем только адвокатом. А несносный мальчишка, едва отметив свое 18‑летие, отправился во Флоренцию, где работал наборщиком в типографии, сочинял тексты и рисовал для юмористических журналов. Вскоре честолюбивые мечты привели юношу в Рим, где он познакомился с популярным актером варьете Альдо Фабрици, который ввел его в мир театра и кино. В это же время, помня о наставлениях отца, он даже поступил учиться экстерном на юридический факультет Римского университета. Успевал и писать сценарии для радиопостановок.

Феллини очаровал Джульетту сразу. Он рассказывал много невероятных историй, много фантазировал о себе, событиях своей жизни. Джульетта не сразу научилась отличать фантазии от реальности, научившись — поддержала эту «игру». Она понимала, что мир, созданный Феллини, нельзя разрушать, это травмирует его. Джульетта всегда знала, что настоящая любовь требует самопожертвования, альтруизма и самоотречения (история любви  её родителей — яркий тому пример). Феллини был человеком, которого она любила всю свою жизнь, была готова на любые жертвы ради него, ради них обоих, ради их любви.

«Я всегда считал, что моя встреча с Джульеттой была предопределена самой судьбой, и не думаю, что все могло бы сложиться как-то иначе, — признавался он впоследствии. — Джульетта исполняла написанные мною сценки. Таким образом, отношения деловые развивались параллельно отношениям личным, и так было всегда».

Через две недели после знакомства они поженились и переехали жить к тете Джулии. Вскоре судьба нанесла влюбленным тяжелый удар — Джульетта потеряла своего первого ребенка, упав со стремянки, ей всегда не хватало роста… Джульетта очень переживала, но врач и тетя Джулия успокаивали: она ведь так молода, здорова, будут другие дети!

Вторая беременность Джульетты в 1945 году закончилась мучительными, долгими родами, и на свет появился их сын Пьетро Федерико Феллини — слабенький младенец, которому с самого начала врачи предрекали очень недолгую жизнь. Вскоре после родов врачи предупредили Джульетту, что детей у нее больше не будет. Она понимала, что Пьетро —  её единственный ребенок, и в течение двух недель отчаянно боролась за его жизнь. Потеряв сына, она потеряла и надежду когда-нибудь стать матерью.

Джульетта была совершенно убита горем, а Федерико приходил со съемок возбужденным. Он только и мог говорить, что о новой своей любви — кинематографе. Он говорил: «Не плачь, Джульетта, ведь у тебя есть я». И она старалась не плакать — хотя бы в его присутствии. И всецело посвятила себя мужу.

Федерико всегда был уверен в своей гениальности и особом предназначении, но окружающий мир не признавал в нем гения. И тогда за дела взялась Джульетта. Она устраивала обеды для тех людей, которые могли быть полезны Федерико в его карьере. Она старалась сглаживать резкость поведения Федерико своим аристократизмом. Даже если Федерико не являлся на эти обеды, оскорбленный необходимостью «лебезить перед всякими ничтожествами», Джульетта умудрялась так выстроить беседу, что к концу обеда приглашенные узнавали о Федерико больше, чем если бы он сидел за столом рядом с ними.

В 1945 году Джульетта подружилась с любимцем всей Италии кинорежиссером Роберто Росселлини. Были и обеды, и прогулки по Риму, и беседы — «о чем угодно, только не о кино», как потом вспоминал Росселлини в одном из интервью. И она добилась своей цели. Росселини пригласил Феллини на студию: сначала — ассистентом, потом — вторым режиссером, а через три года сам снял фильм по его сценарию… Так начался творческий путь великого режиссера.

Всевозможных наград было сколько угодно… а вот денег — увы, нет. Они так и не стали даже более-менее обеспеченными людьми. Джульетта была очень практична — и друзья поговаривали, что именно поэтому маэстро не умер с голоду.

Федерико никогда не носил с собой наличные — он знал, что наверняка моментально потратит все, что будет в кармане. Он и тратил — его визитной карточкой стали знаменитые алые шарфы, которые он заказывал у самых дорогих портных. Он, не задумываясь, мог снять самый дорогой номер в отеле — только потому, что там останавливались Чарли Чаплин или Одри Хепберн. А Джульетта платила по счетам и в шутку называла себя финансистом. У нее не было ни мехов, ни бриллиантов, которые богине полагаются по статусу. Они так и не переехали из шумного и перенаселенного центра Рима в пригород — как это заведено у всех обеспеченных итальянцев. У них не было ни вилл, ни яхт, ни автомобилей, и даже отдыхать они ездили в Римини — родной город Федерико, и жили там в отцовском доме.

«Маленькая женщина с глазами потерявшегося щенка», — так говорил он о ней, а она не обижалась, улыбалась благодарно. Она могла бы сделать свою творческую карьеру. Но вместо этого она делала его карьеру. Она осталась актрисой четырех ролей — все из его фильмов. А он получал «Оскаров»: в 1963 году — за «Восемь с половиной», в 1974‑м — за «Амаркорд», а потом еще почетный «Оскар» за вклад в киноискусство.

Джульетта всегда скрывала от мужа свои проблемы и свои недуги. О её смертельной болезни он очень долго даже не догадывался. Чтобы не тревожить Федерико, Джульетта лечилась амбулаторно, хотя врачи настоятельно советовали ей лечь в клинику. Она послушалась их советов только тогда, когда сам Феллини слег в больницу. Сославшись на какие-то дела, она поехала в Рим, чтобы дать согласие на госпитализацию, и узнала, что уже слишком поздно.

Для Феллини это было как гром среди ясного неба. Он пришел в ужас, ведь Джульетта была для него всем: женой, матерью, подругой, советчицей, соавтором. Потерять все это в один миг он был не готов. 

Он потребовал машину, чтобы ехать к ней. Он был слаб после операции, ему вообще нельзя было двигаться, он мог умереть в дороге… Его умоляли хотя бы повременить. Но он настоял на своем — и выехал в тот же день, когда получил весть о  её болезни.

Теперь они лежали в соседних палатах — Феллини выздоравливал, Джульетта умирала… Врачи сказали, что ей осталось полтора-два года. Они выписались из больницы в один день, в конце октября 1993 года. Феллини поторопил врачей с выпиской — он хотел отметить их золотую свадьбу, а больничная палата мало подходила для празднества.

В день 50‑летнего юбилея супружеской жизни, 31 октября, он настоял на том, чтобы пойти в тот самый ресторан, куда он пригласил  её в день знакомства. Джульетте хотелось провести этот день дома, но она покорилась, задавив в душе смутное предчувствие несчастья.

В ресторане она вдруг расплакалась. Феллини всегда сердился, когда она плакала. Но сейчас неожиданно мягко сказал: «Не плачь,… Джельсомина». Он назвал Джульетту именем  её первой экранной героини. И это были его последние слова. Подали закуски, он начал с аппетитом есть, затем произошел сердечный приступ, он поперхнулся… Или сначала поперхнулся, а потом произошел сердечный приступ. Приехала «скорая», его отвезли в больницу, в ту самую, из которой выписали несколько дней назад, пытались спасти, но поздно — он умер еще там, в ресторане.

По прогнозам врачей Джульетта могла прожить после смерти мужа еще полтора-два года, если бы стала бороться за свою жизнь. Но зачем ей было бороться за жизнь, в которой ЕГО больше не было. Джульетта Мазина умерла уже через 6 месяцев. Перед смертью она попросила, чтобы  её похоронили с фотографией Федерико в руках.