«Отцы и дети» XXI века

Если мы припомним основные межпоколенческие конфликты последних двух веков, то довольно легко обнаружить, что во всех них есть нечто общее, что их объединяет: это постановка в самый центр конфликта вопроса о человеческой свободе – хотя ответы на вопрос могли быть совершенно разными. Что значит для человека быть свободным? Откуда берется конфликт отцов и детей? Почему он является проклятием одних веков и государств, в то время как от него совершенно свободны другие? И, наверное, самый главный вопрос на настоящий момент: в чем его суть?

Этика и практика

Вчитываясь в историю разных стран и народов, можно сделать один важный вывод: до тех пор, пока в том или ином обществе этика является основой либо хотя бы частью практики, то есть до тех пор, пока этика остается одинаково важной и осознаваемо-значимой для представителей разных поколений, в обществе нет конфликта «отцов и детей».

В самом деле, пока за этическими нормами признается абсолютное значение, их выполнение и охрана является первостепенной задачей зрелых и полноправных членов социума. В таких обществах взрослые его члены владеют полнотой знания этических норм и умеют приводить свои практические действия в соответствие с этими нормами. Что касается детей, то их неполноправное по отношению ко взрослым положение оказывается совершенно оправданным: пока у человеческого существа нет полного знания этических норм и нет должного навыка их практического применения, оно не может иметь и полных прав члена общества. В таких обществах теория и практика, слова и дело не разделялись между собой, а были двумя сторонами единого целого. Взрослые в таких обществах пользовались безусловным авторитетом у своих детей, поскольку были реальным воплощением ценностей, значимых для данного социума – и, следовательно, были образцом, одновременно путем и методом приобщения к этим ценностям для своих детей. В таких культурах взрослые никогда не требуют от детей того, чего не делали бы сами. И в этом заключается главная причина мирного сосуществования отцов и детей и бесконфликтной смены поколений

Как правило, во всех растущих, активно развивающихся обществах мы можем обнаружить именно это единство этики и практики, слова и дела. А быть может, наоборот – именно это единство и делает общество растущим и развивающимся. В таких обществах усвоение молодежью базовых ценностей старших поколений происходило без внутреннего сопротивления, вопрос о свободе воли не вставал, и общество пребывало в социальном и межпоколенческом мире и гармонии.

В качестве примера подобных социумов можно привести античные города-государства, римскую республику и молодые христианские государства средневековой Европы (включая Древнюю Русь). И наоборот – если этические нормы теряют абсолютное значение и перестают определять практические действия полноправных членов общества, отношения между поколениями стремительно ухудшаются. Воспитание детей перестает быть непосредственным делом взрослых членов семьи и отдается на откуп сторонним специалистам: таким образом взрослые стараются скрыть тот факт, что ценности и нормы, которым они считают необходимым научить своих детей, не являются таковыми для них самих. Знание этики и практики перестает быть непосредственным, передающимся от личности взрослого к личности ребенка, и становится формальным, зависящим от организации учебного процесса и качества методики. В таких обществах взрослые живут своей, сугубо практической, жизнью, решают насущные вопросы, оставив этику ученым и детям, которых они воспитывают.

В этом случае неполноправное положение детей по отношению ко взрослым перестает ощущаться первыми как справедливое: взрослые очевидным образом требуют от детей того, что не делают сами. Такими обществами следует признать все дряхлеющие империи, начиная от Римской и заканчивая СССР. В этих обществах передача ценностей происходила исключительно силовыми методами, что неизбежно вызывало в молодежи стремление к свободе – в первую очередь, от навязываемых ей норм пустой, выхолощенной морали. И приводило к крушению этих норм, а вместе с ними, и империй.

Практика без этики

Однако следует признать, что конфликты отцов и детей, порождаемые обществами второго типа, бледнеют и скромно отступают в тень перед суперконфликтом, назревающим в наше время перед отцами и детьми самых последних поколений: когда общество становится полностью свободным от этики, от единых для всех ценностей и норм, полноценное воспитание и нормальная смена по - колений становятся невозможными. Казалось бы, мы достигли идеального общественного устрой - ства, при котором взрослые и сами не делают, и детей не заставляют делать ничего такого, что не было бы выбрано ими самими. Долгожданное царство свободы достигнуто? Попробуем отве - тить на этот вопрос.

Последние десять лет человечество живет в мире, свободном от единой этики – как абсолютной, так и относительной. В этом мире практически каж - дый человек сам определяет для себя, что такое добро и зло, выбирает, во что ему верить, какие иметь убеждения. Это привело к полной утрате качественных различий между взрослыми и деть - ми. В настоящий момент «отцы» отличаются от «детей» лишь по количественным параметрам: весу, росту, количеству прожитых лет, терабайтам усвоенной информации, деньгам на банковском счете. Они перестали быть примером для своих детей – как положительным, так и отрицатель - ным. И превратились… в ничто. В исключительно кормовую базу для выращивания новых поколе - ний. В XXI веке «отцы и дети» уже не идеологи - ческие противники – это самые настоящие враги, бьющиеся за место под солнцем. Любой ребенок, достигший возраста полового созревания, сегод - ня видит, что его родители ничем не отличаются от него самого, а следовательно, ничего не могут для него сделать, кроме одного: умереть как мож - но быстрее и освободить им место под солнцем. В свою очередь взрослые все чаще рассматривают детей как свою личную прихоть, игрушку, с кото - рой они могут делать все, что захотят (пока те не выросли и не дали им отпор). Именно из утраты взрослыми самой сути зрелости — способности по доброй воле отказываться от свободы выбора ради общего блага – вытекают и основные беды и болезни современного общества, и пути их «ле - чения»: подростковая преступность, наркомания и сексуальная озабоченность, педофилия, жестокость и безответственность взрослых, а также стремление государственных органов ограничить взаимное насилие поколений при помощи спе - циальных структур, в частности, системы юве - нальной юстиции. Последнее решение главной социальной проблемы XXI века многим нашим современникам очень нравится и даже может казаться эффективным: в самом деле, во многих странах после внедрения ювенальной юстиции уровень домашнего насилия снижается. Но раз - решается ли конфликт? Или просто смещается его акцент?

Последнее – более вероятно. Потому что общест - во, в котором нет никакого смысла и резона быть взрослым и ответственным не только за себя, но и за других, будет становиться все более и более инфантильным – ведь каждый человек будет изо всех сил стремиться сохранить статус ребенка, как наиболее безопасный, или подростка, как на - иболее выгодный (ведь последний пользуется и правами ребенка, и правами взрослого). И рано или поздно такое общество придет к тому, что все его члены, независимо от возраста, станут одина - ково инфантильными перед лицом одного-един - ственного всемогущего Взрослого – Государства, которое одно и будет карать и миловать их по своему произволу. Самое любопытное, что такой сценарий кажется многим нашим современникам вполне приемлемым и даже привлекательным, хотя очевидно, что подобное государство будет наиболее тоталитарным из всех когда-либо суще - ствовавших в истории. Какова альтернатива это - му сценарию?

Только одна – взрослые люди должны осознать, в чем заключается суть и смысл «взрослости», какие обязанности этот статус влечет за собой, и научиться исполнять эти обязанности.