ЖИЗНЬ САМА ВЫВЕДЕТ В НУЖНОМ НАПРАВЛЕНИИ

Начнем? Вы вообще в предопределенность человеческой судьбы верите?

А.Н.: Наверное, нет. Скорее всего, нет.

Часто в автобиографиях и мемуарах разных успешных людей можно прочитать, что появлялись какие­то знаки, окружающие говорили, да и они сами думали, что не такие, как все. У Вас в молодости не было ощущения, что судьбой Вам предназначено что­то особенное?

А.Н.: Нет. Я, к сожалению, был такой же, как все, обычный.  У меня были мечты, как у любого мальчика в Советском Союзе. Иметь машину, например. Такая возможность была у людей с очень хорошей работой и большой зарплатой, у спекулянтов или кооператоров. Моя небогатая семья себе такого позволить не могла. Я учился в обычной школе, работал поваренком, и ни на какие интересные перспективы не было и намеков. Иногда я задумываюсь, как случилось, что я стал тем, кем стал и, честно говоря, сам удивляюсь. На днях я видел программу, где показывали, как строят новую станцию метро, и вспомнил, что после школы хотел пойти работать в Метрострой. Мне хотелось получать большую зарплату. Говорили, что там строители и бурильщики много зарабатывают. Такая простая была идея, не быть кем­то, а чтоб денег побольше.

Значит, в судьбу Вы не верите и удивляетесь, как так вышло, но в Метрострой за желанной большой зарплатой вы все­таки не пошли, а стали поваром? Неувязочка получается…

А.Н.: Почему неувязочка? Давайте еще раз. 

Уточню: все, что с вами произошло, – это случайность, по­-Вашему?

А.Н.: Случайность.

А изначально было желание просто заработать?

А.Н.: Не совсем. Конечно, кто в детстве не мечтал стать миллионером или даже миллиардером?

Но у меня было желание устроиться на нормальную работу. Не чтобы стать богатым, а чтобы мне платили хорошую зарплату – и все.

Тогда можно ли сказать, что Ваша жизнь – цепь удачных случайностей, к которым Вы добавили вашу работоспособность и пришли к известным результатам?

А.Н.: Сто процентов. Плюс – мне нравится то, чем я занимаюсь. Я, кстати, довольно много думал об этом и пришел к выводу, что, если бы я выбрал другую профессию, я бы и там мог добиться многого. Главное, чтоб это были не бумажки какие-­нибудь, ненавижу с ними возиться. Это вообще не мое.

Значит, Вы просто оказались, как говорят, в нужное время и в нужном месте?

А.Н.: Еще говорят, что без труда не выловишь и рыбку из пруда. Да, все это про меня.

Как Вы думаете, почему так много людей верят в то, что все на роду написано, сидят и ждут манны небесной сложа руки.

А.Н.: Ну, это я не знаю. Сложно сказать. Наверное, многие не верят, что что-­то можно изменить. Я бы и сам не поверил, если бы не мой собственный пример.

На какие принципы Вы опираетесь в целом? Кроме понимания, что работать надо много и постоянно. Может, какая­-то философия или другие внутренние ориентиры?

А.Н.: Однозначно, у меня есть принципы, но они, знаете, вполне общечеловеческие: упорядоченность, обязательность, пунктуальность, уважение, например. Я стараюсь доводить начатое до конца, я люблю свое дело. Но никакой особой философии у меня нет, я не тот герой, который изменит представление читателя об успешных людях.

Во мне нет ничего сверхъестественного. Я в детстве был очень обычным ребенком, да и учился так себе. Был совсем невысокого роста, один из последних в строю стоял и никогда не славился физической силой. Но после кулинарного техникума, не поступив в институт, пошел в армию. Это для меня была закалка и настоящая школа жизни. Я пришел туда деревянной веточкой, а вышел гвоздем. Было очень сложно, это была советская армия, но она мне многое дала.

Где Вы служили? В каких войсках?

А.Н.: Я сначала служил в авиационной части в Грузии, оттуда меня отправили в школу военно­морского руководства под Дмитров. Там учился четыре месяца, это было достаточно сложно. Я был таким, прямо скажем, дохликом, но уже спустя полтора года мог на турнике делать любые упражнения: солнышки, подъемы, выходы с силой. На втором году поехал на чемпионат округа по троеборью. В общем, закалялся, как мог. Такой был переходный период для меня…

Можно даже сказать, поворотный?

А.Н.: Да, именно поворотный. Там я понял, что за себя надо стоять, бороться и просто так никто ничего тебе не даст. Потом был институт. Там ничего особенного не было. А вот потом уже была работа поваром, которая фактически стала для меня второй армией. Тоже закалила. Я очень старался, потому что хотел стать шефом. Это еще Советский Союз был. Ну, а потом все получилось как­то автоматом. Но вообще я пришел к тому, что у человека, и у мужчины в частности, должна быть цель. Тогда я стал ставить себе цели в денежном эквиваленте или приобретении чего­-то, или в достижении творческих успехов и достигал их. Для меня это стало важной привычкой: ставить цель, достигать ее и тут же ставить новую. Но вот лет десять или двенадцать назад я вдруг понял, что у меня все цели кончились, и очень испугался. Это происходило недолго, может, несколько минут или час, но мне было страшно от того, что я не понимаю, куда двигаться. Я, конечно, взял себя в руки потом, но испуг был сильный. В общем, я закалился в процессе. Мои сотрудники и партнеры, если будут читать это, скажут, что я достаточно авторитарный, жесткий. Я разный могу быть. Я не был таким в детстве, в школе и после, я был обычным парнем. Если бы мне сказали тогда, что у меня такой характер сформируется, я бы не поверил никогда.

То есть жизнь Вас таким сделала?

А.Н.: Да, сама жизнь, люди, профессия, цели, окружение мое. Все вместе. Именно это повлияло, а не какая­-то жизненная философия. Знаете, один шеф-­повар в советском ресторане мне как­то сказал: «Человек сам кузнец своего счастья». Я это запомнил на всю жизнь. Фраза кажется очень простой, совсем не заумной, но она стала важной для меня. То есть от того, как ты живешь, как относишься к миру, к себе, по большому счету зависит все.

Но ведь случаются обстоятельства, как, например, сейчас, когда от тебя мало что зависит, но при этом ответственность за десятки, сотни людей никто не отменяет. Когда невозможно ничего прогнозировать, а решения принимать нужно. Что Вы делаете в таких ситуациях?

А.Н.: У меня есть одно правило: если не знаешь, что делать, ничего не делай. Жизнь сама тебя выведет в нужном направлении. Надо, конечно стараться быть сильным и собранным. У разных людей происходит по­разному, некоторые вообще ничего не боятся, некоторые бегут, паникуют, истерят. У меня обычно сначала происходит такой короткий шок, потом я, как правило, овладеваю собой и начинаю решать проблему. Точно – не надо унывать, не надо сдаваться судьбе и обстоятельствам, как бы пафосно это не звучало. Нужно все равно пробовать, получать радость и удовольствие от того, что ты имеешь в данный момент.

Есть ли какие­то необычные занятия, помимо работы, в которых Вы черпаете силу?

А.Н.: Во-­первых, я люблю готовить. Делаю это с удовольствием. Сейчас, правда, нечасто – много дел и не очень позитивных. Нужно решать проблемы, связанные с карантином, и я радуюсь, что у меня получается с кем-­то о чем­-то договориться и что­-то сдвинуть в лучшую сторону. Мне кажется, настоящие сложности начнутся позже, но я все равно живу надеждой и думаю, что все закончится через какое-­то время. Скоро все будет нормально, найдется лекарство от этого вируса, и люди смогут ходить в рестораны, в магазины и куда захотят.

Сейчас многие люди психуют или впадают в депрессии, например, потому что их уволили с работы, и их можно понять, конечно. А Вы много лет строили империю, которую одним махом сносит неконтролируемая волна. На такое ведь реально можно обидеться. Как говорят, «обидеться на судьбу»...

А.Н.: Я ни на кого не обижен. Внешне кажется, что все, чем я занимаюсь, состоит из удовольствия. Но в эту красивую оболочку вложено очень много нервов, труда, сил, пота и крови, так что для меня это просто очередная проблема. Все вернется в нормальное русло рано или поздно.

Если абстрагироваться от сиюминутных проблем, бизнеса и материальных вещей, как думаете, что мы все глобально поняли благодаря этой пандемии?

А.Н.: Я понимаю только одно… К сожалению, все планы, которые мы строим, все наши мечты могут разрушиться в одну секунду. Не смеши бога своими планами, как говорится. Какая­-то маленькая козявка может нагадить всему миру. Еще полгода назад никто бы не поверил, что такое в принципе может случиться, посмеялись бы в лицо. Как в дурацком голливудском блокбастере. Как это возможно при такой развитой медицине?  

Может, судьба наша такая?

А.Н.: Да нет. Это не судьба и даже не знак человечеству.

Случайность?

А.Н.: Я думаю, что да. Я не верю ни в какие знаки. Просто очередная преграда, фактически почти та же война, только с вирусом.

На данный момент у Вас какая цель?

А.Н.: Жить долго здоровым и счастливым – вот моя цель.