Один плюс один

У меня зазвонил телефон, «…напиши, что ты думаешь про близкие отношения», сказал он. «Господи, с кем у меня могут быть близкие отношения?!» — подумал я. У МЕНЯ, близкие отношения…, разве что с самим собой, и то в редкую минуту безрассудных откровений. Но телефон умолк раньше, чем я успел осознать всю бездну пропасти, разделяющей нас с отношениями, близостью, да и с людьми в целом. Он умолк, а я остался не только один на один с темой по которой писать что-либо — лишь вторить стереотипам, так и любое мое настоящее откровение вряд ли способно улучшить кому-то жизнь, скорее, испортить… мне — так наверняка. Но выбора телефон не оставил.

Начать, конечно, нужно с самой избитой банальности: если хочешь что-то спрятать, положи это на виду. Хочешь побыть один — иди в людное место. Прекрасно подходят художественные выставки, библиотеки, железнодорожные вокзалы и тематические вечеринки. По той же логике для скрытных личностей типа меня, индивидуалистов и эгоистов, нет лучшей среды обитания, чем публичная сфера, верные друзья, большая чуткая семья и настоящая взаимная любовь на всю жизнь.

Второе «открытие» в том, что для отношений нужны двое. Не в смысле, что иметь отношения с самим собой вредно для здоровья, а в том, что люди строят отношения с каждым следующим участником связей индивидуально. Отдельно с каждым, а не с группой целиком. По этой причине расхожие понятия типа «в нашей семье мы все очень близки» или «мы втроем дружим уже много лет» не более чем обобщения, призванные завуалировать понимание того, что связи в любом коллективе исключительно личностные, или если угодно единоличностные, а следовательно, сугубо эгоистические.

Третий, самый мощный удар по тривиальности: у людей нужда в близком общении возникает из-за потребности в безопасности, познании окружающего мира, желания демонстрации и увеличения признания себя-любимого, доминирования, покровительства и даже потребности заботиться о ком-либо. И все бы ничего, но есть и еще кое-что. По-научному называется — аффилиация, а в просторечье — тяга к общению от дискомфорта одиночества, от страха остаться одному, вплоть до неспособности на любые свои действия без вожака, учителя или командира. Это все, прошу обратить внимание, — совершеннейшая психопатологическая норма. Другими словами, с точки зрения общества, медицины и закона, поведение, отличающееся от описанных выше вариантов, приводит к психическим расстройствам, и о ужас! — изоляции от социума. А если вдруг всего этого у человека нет? Нет ни страха, ни потребности, ни желания…, он уже и не человек, каким должен быть? И эксперты всех мастей наперебой спорят, может быть, он в детстве получил неизлечимую психологическую травму, испугался клоуна или милиционера, был особо крепко прижат к груди родной тетей или укушен сверстницей в детском саду? И теперь сидит наш «недочеловек» один одинешенек…, нет, простите, сидит в кругу друзей и родственников, но сидит один без потребностей в лидерах, заботах и признаниях, и по всей вероятности, бесконечно неизбывно грустит.

Бонусом открою еще одну «тайну», по устоявшемуся мнению, признанные гении или просто очень одаренные люди в процессе применения своих безмерных талантов подсаживаются на наркотики и алкоголь, ведут беспорядочную половую жизнь или просто являются крайне неприятными типами, только в том случае если они… (внимание!) по ходу своего великого пути не установили по-настоящему доверительные отношения с кем-либо из близких людей (родителей, друзей, супругов). А уж если установили и потеряли…, тогда тем более имеют законные права пуститься во все тяжкие, встречные и поперечные. В этом месте хочу еще раз обратить ваше внимание не на избирательность общественного мнения по отношению к признанным талантам, не на желание поклонников прощать кумирам любые грехи, а на огромную роль, которую отводит общество близким отношениям, практически увязывая даже Божью искру с тесными межличностными узами.

Пожалуй, настало время посмотреть, каким образом устроено это великое таинство — общение, и что переводит его из разряда типовых — проходных в особые, близкие и тесные. Обойдемся без интриг — это степень внимания, оказываемого одним человеком другому. Большее внимание к проблемам, заботам, желаниям другого лица делает его ближе. Внемлить, внимать, т. е. прислушиваться, исполнять, идти навстречу потребностям и желаниям кого-либо и тем самым приближаться к нему. А вот теперь самое время воскликнуть: подождите, подождите, а где же чувства, любовь прежде всего! Будьте покойны, она на своем месте, как и прежде правит миром и людьми. Но парадокс в том, что не одно чувство, будь то любовь или ненависть, не возникает между людьми без общения между ними в любых доступных формах. Конечно, можно любить Бога или ненавидеть Гитлера, которых видел только на картинке. Но чувство не может возникнуть без предварительного познания мира, без общения с людьми, в результате которого и формируется собственное отношение к  её проявлениям, иногда переходящее в какое-либо сильное чувство. Вы возразите, что мать, родив ребенка, любит его по определению, без предварительно пройденного обучения. Да, это так, и следствием этой любви является проявление особого внимания к ребенку, а результатом — изначальные близкие отношения с ребенком, продолжение которых на протяжении времени совсем необязательно при отсутствии взаимного внимания, несмотря на неизменное присутствие материнской любви.

Мне кажется, для создания близких отношений в принципе нет никаких преград, если, конечно, потребность в них у вас действительно есть. Алгоритм прост, и успех обеспечен: выбираем объект для сближения, погружаемся в его потребности, стараемся разделить его печали, делимся своими успехами. Нет, успехи лучше полностью ему делегируем, так вернее, признаем, восхищаемся, покоряемся, не оставляем его в одиночестве, живем его/ее жизнью и обязательно внемлем, внемлем, внемлем. Результат не заставит себя долго ждать, вам, конечно, отвечают взаимностью, ведь объект вашего внимания не абы кто. Ведь вы не захотите сближаться с недостойными, эгоистичными, замкнутыми типами, возможно, и наделенными какими-то пока не признанными талантами. Чтобы они, не дай Бог, как-нибудь не умудрились, паразитируя на ваших потребностях в близком с ними общении, подсунуть вам свой никчемный общенческий суррогат, а сами продолжить «грустить», глядя на вас всепонимающими или даже влюбленными глазами.