Счастье – это любить и быть любимым

Лидия Николаевна, Вы прожили в счастливом браке 52 года. Ваша любовь с Михаилом Исаевичем была взаимной. Но если вдруг пришлось бы выбирать: быть любимой или самой любить,  что бы Вы  выбрали?

Л.К.: Как бы мы не хотели, мы не можем запретить себе любить. Если мы полюбили – мы любим. Но важно не быть навязчивым, не домогаться человека, которого ты любишь. Любовь – самое свободное чувство, альтруистическое.

Когда мы начинаем восхищаться каким-то другим человеком, мы же не хотим его заграбастать в плен, мы вообще ничего от него не хотим, мы просто им любуемся, восхищаемся. Влюбленность же часто провоцирует в людях корысть. Девочка хочет, чтобы мальчик был только ее, ей надо привязать его и выйти за него замуж. Мальчик, наоборот, будучи самцом, хочет оставаться свободным в своем выборе. Это желание привязать, обладать лишает нас настоящей любви. А ведь это самое главное в жизни.  Слава приедается, даже деньги приедаются,  а счастье любить – это с нами навсегда. Получить ответную, взаимную любовь – самый большой успех, который можно получить в этой жизни.

Когда ты сам излучаешь любовь, чувствуешь ее в других, ты счастливее, чем богатый человек без любви. Я знаю достаточно много разбогатевших бизнесменов, миллионеров и даже миллиардеров. Найти среди них счастливого человека – ой, как трудно. Тут вспомнишь слова Толстого о том, что счастье – это «любить и быть любимым». 

 

Сейчас стало модным утверждение о том, что любовь живет три года, а дальше…

Л.К.: Любовь – живое существо. Влюбиться, а потом через три года позабыть и влюбиться в другого – это просто. Но это не любовь, это увлечение. Любовь – это то, что мы строим в СЕБЕ. Мы все почему-то обязательно хотим взаимной любви. Но надо благодарить судьбу уже и за то, что она тебе послала любовь к кому-то, пусть и безответную.  Да, бывает любовь-болезнь, когда очень трудно согласиться с тем, что тебе не отвечают взаимностью, но этот опыт практически все имеют, его надо просто перенести. Надо постараться сделать свою любовь еще более доброжелательной, пожелать тому, другому человеку, который на тебя не обращает внимания (а ты сходишь по нему с ума!) счастья. И надо радоваться за него. Тогда и к тебе придет любовь. Мне кажется, что когда женщина не излучает любви, она и не привлекает любовь. Любой мужчина, даже малоопытный или, наоборот, «казанова» все понимает. Мужчина чувствует в глубине души, чего хочет женщина, заводя с ним отношения.  Чувствует, есть в ней любовь или нет. 

 

Какова, на Ваш взгляд, роль женщины в браке?

Л.К.: Женщина в браке должна быть, во-первых, независима, она должна быть на равных. Я думаю, мы не должны ни навязываться, ни командовать. Не надо быть его рабыней, надо быть другом, человеком, который им восхищается и помогает в любой ситуации. Но делать это надо очень тактично, в любви нам часто такта не хватает. Мы все время хотим власть свою проявить: мужчина над женщиной, женщина над мужчиной, для  нас главное – власть: ухватить и командовать.  Ни один человек этого не выдержит. 

Мы только и делаем, что требуем чего-то от другого. Но ты сперва дай тому, кого ты любишь то, чего ты хочешь, чтобы он дал тебе. Дай это! Может быть, оно к тебе вернется. Если не вернется, скажи: «Я любила этого человека, мне все в нем казалось прекрасным: и внешность, и характер, и ум, и все, что составляет его сущность. Я счастливый человек, я любила!» Скажи и уйди.

Я считаю, что чем дольше длиться брак, тем труднее быть счастливым, потому что не хватает терпения. Но тот, кто умеет это терпение проявить, в итоге становится счастливее в любви, потому что появляется доверие к любимому человеку и любимое существо, которое сперва, может быть, просто внешне понравилось или по характеру, вдруг приобретает черты абсолютно идентичного тебе существа, такого же, как ты, который так же все понимает, так же все делает для тебя, и ты доверяешь ему полностью. Надо это доверие воспитать и в мужчине, и в себе. 

Но нельзя просто безоглядно смотреть на то, как твой муж живет. Бывает, слышишь от жен «я не обращала внимания, а он бегал по бабам»... Вот обращала бы внимание, проявляла бы к нему какое-то свое внимание, может, он и не бегал бы. Только внимание нужно не скандальное, а человеческое. Можно же и так сказать: «Что-то у нас нарушилось, давай обсудим, как нам вместе все наладить, мы же соединились в любви, мы же хотели счастья...» Люди сами разрушают брак, потому что не хватает терпения, внимания, желания выслушать другого, понять и посоветовать, вернее, принять единый общий совет. Ведь когда раньше венчали, как говорили? Совет да любовь. Совет – на первом месте! Ты почитай, прежде чем выходить замуж, что церковь требует от венчающихся людей. Уважай человека, которого ты себе выбрала в мужья, и муж уважай ту жену, которую ты себе выбрал, пытайся угадать, чего ей не хватает. Когда она больна, будь заботлив, стань с ней единым существом: ее боль – твоя боль, ее радость – твоя радость и наоборот, женщина тоже должна так поступать. Эгоизм в любви очень страшен, может быть, это один из самых главных недостатков в браке. Потому и расходятся, из-за эгоизма. 

 

Лидия Николаевна, можете вспомнить несколько моментов, когда Вы всей душой, всей кожей ощутили, что Михаил Исаевич Вас по-настоящему любит? 

Л.К.: Я почувствовала его любовь буквально с первого мига. Хотя он человек был жесткий, прошел в жизни через многие тяжелейшие испытания, и он никогда не позволял себе сюсюкания со мной. Но поскольку я все время находилась в поле его мыслей, его заботы, я понимала, что он меня любит. Я  помню, как Танич сказал однажды, прожив со мной уже лет сорок, наверное: «Ты знаешь, конечно, я не мог ни с кем другим быть таким близким, я тебя на душу взял».  Вот надо чтобы двое влюбленных «брали друг друга на душу».

 

Вы с Михаилом Исаевичем венчались?

Л.К.: Мы не венчались, хотя прожили 52 года. Умирая, Танич сказал: «Кажется, я отдаю концы, вызывай священника». Я вызываю священника, священник приезжает, Михаил Исаевич не встает, лежит на большом диване, хочет покаяться во всех грехах.

И священник говорит нам всем – детям, внукам, мне: «Пожалуйста, выйдите, это делается один на один. Я только передатчик, проводник между Богом и человеком». И Танич долго-долго что-то рассказывает. Что именно, я, естественно, не знаю. Через час я уже начинаю дергаться, думаю, вдруг он умрет, пока его исповедует... Наконец, появляется священник и говорит: «Заходите». Мы входим, я вижу, что Танич лежит уже совершенно обессиленный, даже говорить ему трудно, но он, глядя на батюшку, спрашивает: «А Вы можете нас с женой повенчать?» Я застываю, не знаю, как реагировать. И священник застывает…потом спрашивает: «Михаил Исаевич, а сколько лет Вы женаты?» Танич отвечает: «Да, уже почти 52 года». И тут батюшка так облегченно вскинул руку вверх и сказал: «Михаил Исаевич, Вы там уже давно повенчаны». Вот это и есть любовь….умирая, он захотел, чтобы мы не расстались, чтобы наши души встретились и там. 

 

Лидия Николаевна, как Вы без него справляетесь, скучаете? 

Л.К.: Скучаю… он мне снится, когда у меня что-то не получается, я прошу: «Мишенька, приснись мне, скажи, как мне поступить в этой ситуации». Самое удивительное, что он, как правило,  в эту ночь приходит во сне и дает указание, что мне надо сделать и как поступить. У меня с ним очень хорошие, светлые, чистые отношения. Мы с дочками, внуками, когда собираемся дома, сразу говорим «давайте включим песни отца». Включаем эти песни и начинаем улыбаться, потому что они тоже полны любви и желания другому сделать хорошо. Вот это желание другому человеку сделать хорошо должно быть в браке как закон, первый закон. Делай в семье всем хорошо. Не надо баловать, не надо развращать, не надо потакать всяким мерзким поступкам, но делай человеку хорошо и надейся, что он это примет в сердце и сам будет поступать так же.

 

Вот Вы сказали, что даже после смерти Танич дает Вам указания... а что касается стихов, он когда-нибудь давал Вам советы, может быть, как-то направлял Вас?

Л.К.: Нет, он мне советы не давал.  Он вообще узнал, что я пишу стихи, уже после 25 лет нашего брака. До этого я ему не признавалась, потому что считала, что уровень моего поэтического творчества не сравним с его талантом, и зачем я буду настоящему поэту подсовывать свои, так сказать, опусы. Но когда он увидел мои стихи, он сказал: «А знаешь, неплохо, теперь ты сама должна всему научиться. Учись, способности у тебя есть». И он, по-моему, очень радовался моим удачам, да и не только моим. Он был справедлив и совершенно независтлив.

 

Лидия Николаевна, могли бы Вы вспомнить свой собственный стих и стих Танича, которые наиболее емко и искренне иллюстрируют тему нашего с Вами разговора?

Л.К.: Да, свое стихотвореньице сейчас прочту, я его написала, когда мы прожили 25 лет. Не специально –  я на заданную тему никогда не писала,  оно само написалось.

На твоей просыпаться руке,

Ощущать каждой клеточкой тела, 

Что любовь наша не оскудела, 

Как вода в обмелевшей реке.

О, любовный живительный труд,

Понимаю тебя с полуслова,

Раскрываю объятия снова,

Пусть сердца наши сладко замрут,

Сколько зим, сколько лет, назови,

Продолжается дивная схватка,

Я сгораю в тебе без остатка.

И опять, возрождаясь в любви,

Огоньки,  в неостывшей золе

Отмахнусь от последнего дыма, 

Я не просто люблю – я любима!

Нет счастливее меня на земле.

 

А про Танича… уже перед самой смертью, когда рука его уже почти не слушалась, он таким слабым корявым почерком написал:

Тайную, постельную я тебе спою.

Эту колыбельную песенку мою.

Сон ресниц касается, звезды вдалеке,

Засыпай, красавица, на моей руке,

А проснешься, явишься, я уже не сплю,

Жду, когда проявишься,

И уже люблю…

 

Вот так коротко, но очень точно все чувства выражены без насилия над собой или  надо мной. Дай Бог Вам, каждому, живущему на Земле, полюбить кого-то, это всегда возвышает человека и дает больше совершенства. А потом, Бог даст, и взаимную любовь получить…