Бесконечная любовь

Укрепляет ли отношения общая работа?

С.Д.: Очень. Общая работа и общий интерес всегда укрепляют семейную связь. Особенно работа, основанная на творческих поисках. Так как мы оба работаем в кинематографе, могу сказать: «Что бы мы делали без тебя, любимое кино!?» (смеется – ред.) Вероятно, другие семьи находят другие основы семейного фундамента. Кино – это не только целлюлоза и пленка, это огромная жизнь. В ней мы ищем взаимопонимание друг с другом, с семьей и с людьми, связанными с нами общим делом. Почему я говорю, что это укрепляет? Потому что все члены съемочной группы нас опекают и стараются поддерживать наше хорошее настроение. Если коллеги видят, что мы с мужем недовольны друг другом, очень стараются нас помирить. Актеры, с которыми мы работаем, становятся членами нашей семьи. Дима Харатьян, Саша Домогаров, Кристина Орбакайте – они нам как дети.

 

Как преодолевали ревность и недоверие, ведь первые годы совместной жизни у каждого были своя работа и поездки в киноэкспедиции?

А.М.: Не было ревности, доверяли друг другу. Я человек не ревнивый и знаю, что Света – верная мне жена и верный человек. Поэтому, если замечаю флирт с ее стороны, это у меня не вызывает ни эмоций, ни претензий. И к популярности жену никогда не ревновал. Страсть проходит, но остается любовь, и супруги становятся друзьями, без которых жить не могут. Нам, чтобы сохранить чувство новизны, нужно снимать новое кино. А на съемочной площадке у меня момент флирта всегда присутствует. Обязательно с женщинами флиртую, но близких отношений никогда не заводил. Светлана относится к этому с пониманием. Знает, что у оператора такие задачи, и это помогает картине.

С.Д.: Ревновать – это нормально. Все хорошо в норме: и страсти, и ревность. Надо проанализировать, а почему твой мужчина вдруг смотрит туда, а не в твою сторону. Первое время это вызывало у меня некоторую неприязнь. Но потом я поняла: Толя – художник, он, как Пигмалион, влюбляется в Галатею, которую лепит. Актриса на время съемок, даже если это всего один день, становится для мужа картиной, но это вовсе не значит, что на следующий день он будет так же любить этот портрет. Это я ощутила на практике, поняла и приняла: есть художник Анатолий Мукасей, а есть уставший и озабоченный рабочими моментами муж, с которым надо поговорить, деликатно выяснить, что случилось, и чем я могу помочь. 

Мукасей – интроверт. При всей кажущейся внешней размашистости он очень закрытый человек. Только очень близкие люди знают и понимают его. Все мы рождены для того, чтобы найти консенсус во взаимоотношениях – оценить и понять слабости и недостатки нашего партнера. Что-то можно исправить, что-то подтянуть, но с чем-то придется мириться. И вы никуда не денетесь – так устроен мир. Мы с мужем нашли этот консенсус, и поэтому вместе уже больше 60 лет.

 

Случались ли между вами серьезные ссоры на съемочной площадке? Как выходили из таких ситуаций? Кто уступает? Или всегда договариваетесь на берегу?

С.Д.: До тех пор пока мы дома не найдем решение – не выберем окончательный вариант того, что мы завтра будем делать на съемочной площадке, мы никогда не ложимся спать. Может быть, уставший Толя и хотел бы лечь, но со мной это бесполезно. Все спорные вопросы лучше решать дома. Поэтому мы никогда не оскорбляем друг друга на съемочной площадке, как это обычно делают режиссер и оператор. Режиссер и оператор должны безоговорочно доверять друг другу.

Так как я экстраверт, я могу начинать шуметь дома. Тогда Анатолий Михайлович тихонечко «ухиливает» в свой кабинет. Он ни слова не говорит мне в ответ. Ни одного. Он знает, что если мне что-то в такой момент сказать или возразить – это меня только раззадорит. Поэтому он быстренько уходит. Я потихонечку успокаиваюсь, Толя возвращается, и как будто ничего не было.

А.М.: Со Светой в спорах мы посопротивляемся сначала друг другу, а потом успокаиваемся. Любые ситуации можно разрешить, когда есть взаимная поддержка. Мы предать друг друга не можем. Расходимся только в мелочах, с которыми легко мириться. 

 

Кто из родителей был для детей «кнутом», 

а кто – «пряником»?

С.Д.: По-моему, уже понятно, что кнут в руки брала я, а пряником был этот очаровательный мужчина. В результате все мальчишки – наши сыновья и внуки – со своими интимными жалобами и рассказами тянулись к Толе, но это нормально, это мужское братство.

А.М.: Мои родители были со мной только пряниками. И наших детей мы не наказывали. По крайней мере, я такого не помню. Какие-то острые моменты их поведения обсуждали со Светланой вдвоем, искали подходящее решение. Наши дети – мальчики, поэтому они больше тянулись ко мне. Я был для них примером. Не случайно Миша тоже выбрал профессию оператора.

От круглосуточного пребывания вместе, как правило, накапливается раздражение. Как отдыхаете друг от друга? Есть ли зоны в доме, где можно уединиться?

С.Д.: Семья наша создалась очень рано – Толечке было всего 19 лет, а мне 21. И конечно, как все молодые, мы на ночь оставались вместе. А на другой день не могли понять, почему мы зеваем в течение всего дня. Оказалось, что была совершенно конкретная причина. Может быть, это не элегантно звучит и вскрывает наши недостатки, но оказалось, что мы оба громко спим, и это не давало нам высыпаться. Поэтому мы очень безобидно, с пониманием, веселясь и хохоча, определились, что у мужа будет свой «кабинет», а у жены – свой «будуар», и мы будем ходить друг к другу «в гости». И оказалось, что это поддерживает хорошие отношения. Поэтому всем могу посоветовать: с пониманием относитесь к недостаткам друг друга и корректируйте неловкие моменты.

А.М.: Иногда возникает раздражение, я ухожу сразу в другую комнату. Меня спасает телевидение – спорт. Когда смотрю спортивные каналы – сразу обо всем забываю. Светлана теперь тоже следит за спортивными новостями, особенно связанными с волейболом. Потому что у нас появилась потрясающая невестка Катюша Гамова. Кстати, именно волейбол нас со Светланой когда-то познакомил. Вот такие жизненные параллели.

 

Кстати, как вы познакомились?

А.М.: Я Светлану впервые увидел в кино, когда мама приезжала на несколько дней в СССР. Мои родители – разведчики-нелегалы, 25 лет проработали за границей. В тот мамин приезд мы были в Гаграх, жили на даче Сталина. Мама не могла никуда выходить или выезжать, поэтому нам в специальном просмотровом зале показывали кино. В один из дней мы посмотели фильм «За витриной универмага», главную роль в котором сыграла Светлана Дружинина. Я спросил маму: «Тебе нравится эта девочка?» «Девочка-cute (от англ.  хорошенькая)», – ответила мама. «Я на ней женюсь», – спокойно сказал я. Через год я поступил во ВГИК и познакомился со Светланой.

 

Фантастика! Это интуиция.

С.Д.: Мы дружили, общались, встречались. Когда Толины родители приехали выдавать замуж свою старшую дочь, они узнали, что их младший сын влюблен в актрису по фамилии Дружинина. Видимо, я им понравилась, потому что они решили поженить и нас. Они приехали в Москву всего на месяц. Уезжая, они не могли знать, вернутся ли в Россию. И поэтому решили уехать со спокойной душой, зная, что у их сына уже есть семья. Так что предложение пожениться исходило от них. Мы этого не планировали. Помню, я лежала дома с температурой, и Толя пришел меня навестить с кошелкой иностранных очень редких и ценных для СССР «женских деталей»: изящные пудреницы, косметика, платочки из Италии, духи и так далее. Он сказал: «Мама с папой говорят:  да женитесь вы наконец». В начале июня родители Толи сыграли свадьбу старшей дочери, а в конце июня – свадьбу сына и уехали, спокойные за детей.

А.М.: Для меня все это было как будто вчера. Нет ощущения длительности времени, я этого не чувствую. Чувство новизны осталось, иначе бы мы не работали. А работа стимулирует жизнь.

 

Обычно студенческие браки бывают недолговечными. Ваш – исключение! Какой можете дать совет молодым парам?

А.М.: Занимайтесь одним и тем же делом, и будет все хорошо. Прощать, терпеть, переживать и переступать какие-то ситуации, доброжелательно относиться друг к другу. Дети очень скрепляют брак, должен быть общий объект, за которым надо ухаживать и любить.

С.Д.: Есть понятие, которое все, особенно в молодости, очень не любят – терпение. Постарайтесь, прежде чем ссориться и разбегаться, потерпеть какое-то время друг друга и разобраться – случайны ли были ваши отношения, почему вы оказались вместе, и что вас связывает. Нужно четко разобраться в самом себе и научиться вести диалог с супругом. Многие разбегаются из-за того, что не умеют говорить друг с другом. Разберитесь, что вы можете поправить в себе и в супруге, и скорректируйте это. Особенно если у вас есть дети. Вы перед детьми в долгу, в ответе! Дети не виноваты, что по страсти вы их родили. Да, вы можете расстаться, но сначала нужно вырастить детей, дать им воспитание, чтобы они стали людьми, и образование, чтобы они могли самостоятельно заработать на кусок хлеба. Только после этого вы имеете право на собственные чувства. 

 

Отмечаете ли даты совместной жизни? Продолжаете ли делать друг другу подарки и сюрпризы? Осталось ли в жизни место романтике?

А.М.: Иногда отмечаем, а иногда забываем, если в работе. Последнее время день свадьбы стали отмечать 29 июня. Обязательно по праздникам дарю Свете какие-нибудь цветочки, она мне тоже что-нибудь покупает – какие-нибудь мелочи. Неважно, какой подарок, важен знак внимания.

Когда мы садимся ужинать, Света свечечки зажигает, цветочки ставит – создает романтическое настроение. Это приятно, конечно. Свечи горят, за окошком красивый пейзаж, если мы на даче. Поужинаем, поговорим, я ухожу смотреть спорт, а она разговаривать по телефону.

С.Д.: Ужин для нас – всегда ритуальное время. Я слежу, чтобы стол был красиво сервирован. Утолив первый голод, мы начинаем вспоминать события дня, вносить коррективы. Иногда я даже могу сделать Толе замечания. Правда, он этого не любит, и сразу замолкает, поэтому я их делаю только в конце ужина, когда уже и пища съедена, и свечи можно задувать.

А что касается подарков… Я однажды увидела, как одна дама, получив от мужа три гвоздики, пренебрежительно скривилась. Я бы на ее месте обрадовалась такому сюрпризу и поблагодарила бы за дивные гвоздики. Если вы хотите получить больше, то сделайте так, чтобы мужчина приносил вам этот огромный букет. Считаю, что и три гвоздики – хорошо. Это означает, что он уже о вас подумал, куда-то пошел, купил. И это, как говорят мужчины, надо обмыть: можно поставить свечечки, налить по бокальчику шампанского. Можно на каждую гвоздику разрешить ему загадать по желанию, и тогда в следующий раз он захочет принести не 3 гвоздики, а 10. Надо это обыграть – только и всего.

А.М.: Света очень тщательно за мной ухаживает в бытовом смысле. Готовит еду, с утра на столе уже стоит кашка, чаек, все прибрано. Света – чистюля, не то что я. У нее ни одной крошки на столе не остается, в доме порядок идеальный. Следит за моим внешним видом: «Сними эти брюки – одень другие, поменяй ботинки – они сюда не подходят». Я ее слушаю, потому что у Светы очень хороший вкус.

С.Д.: Толя очень не любит лаковую обувь и костюмы, фраки. Если очень нужно, то Толя обязательно пойдет со мной на светский раут, скрипя лаковыми башмаками. Перед выходом посмотрит на свое отражение в костюме и скажет: «Ай да Пушкин! Ай да сукин сын! Хорош!» Вот такая у нас с ним жизнь!